(no subject)

По правде сказать никогда не понимал частушек. Что-то кричат под гармонь, каждый о своём, слов почти не разобрать, ногами об пол стучат и обязательный уу-ух в конце. Больше всего меня этот самый уу-ух раздражает. Может это сродни мантры какой-нибудь? Ну есть же мантра ОМ, а это УУ-УХ. Хрен знает. Я как то раз попробовал вот так ууухнуть, да ещё с притопом и прихлопом, но всё это как то очень некрасиво и даже страшно получилось. А кот на меня вообще как на ебанутого посмотрел. Долго ещё потом из-под дивана его глаза выглядывали. Огромные, жёлтые и настороженные. Хотя по умолчанию они у него небольшие такие, особенно левый. Нет, не понимаю я эти частушки, да и хрен с ними.

(no subject)

Ходил в драмтеатр вчера по работе. 100-летие архивной службы УО. По ходу дела понял, что ни разу я не театрал и даже как-то особо ущербным себя от этого не почувствовал. По всему фойе театра расхаживали персонажи различных эпох, начиная примерно с матушки екатерины и заканчивая октябрём 1917-го. Из екатериниской эпохи очень доставило декольте на платье одной а-ля фрейлины, который был настолько глубокий, что доставал до самых потаённых мест моей истосковавшейся по высоким отношениям души. Считаю, что эпоха времён шальной императрицы была передана полностью. А вот красноармеец был не настоящий, это я сразу понял. С таким животом и бородой раньше только недобитые большевиками проклятые буржуины ходили, что мальчиша-кибальчиша умучали. Красноармеец же по идее должен быть телом стройный, духом крепкий, с идеологическим блеском в глазах, с клинком-ты-моим-холодным, верхом на коне-ты-моём-голодном на фоне восходящего солнца на пол экрана. Этот же ходил вразвалку с видом, словно коня продал, деньги пропил, а шашку в ломбард заложил, нехай ею потом недорезанная контра друг друга поубивает нахрен.
Что по поводу спектакля, то никакой спектакль, даже с самым малохольным гамлетом нам не показали. Просто собрали ради этого случая из всех подведов народу согласно квоте, набили ими полный зал и сделали причастными к Прекрасному. Местный губер как обычно был в своём стиле. То есть нудел около получаса о всякой очень важной ерунде, от чего я периодически проваливался в счастливое небытие, из которого в итоге был выдернут безжалостным завыванием местной певицы, от которого я почти оглох на одно ухо. Погуглив позже узнал, что этот вой у нас, да и не только у нас, зовётся как лирико-колоратурное сопрано или что то очень похожее. Но поскольку я очень далёк от всяческого рода классики, то оценить в полной мере все эти трели, форшлаги и прочую хренотень не смог, чего нельзя сказать о её довольно таки приятных формах.
Кульминацией всего этого был фуршет. Много халявного шампанского, чуть меньше, не побоюсь этого слова, канапе, и совсем немного видимо очень вкусных конфет, которые я так и не попробовал. Зато видел как одну конфету безжалостно попрала ногой какая то женщина. Судя по лицу - работник культуры. Позже на полу стали появляться остатки канапе, из чего я сделал вывод, что фуршет более или менее удался.
Я тоже выпил чисто символически примерно пять или шесть наполовину полных бокалов, что в итоге несколько примирило меня с окружающей действительностью. Хотелось махать шпагой, слушать скрип потёртого седла, кричать гнусавым голосом «Канальи!» и бить морду проклятым гвардейцам кардинала. Но рабочий день ещё не закончился, поэтому мысленно забросив шляпу со шпагой в самый дальний угол своих мечтаний, выпил на посошок ещё один уже наполовину пустой бокал шампанского и поплёлся нетвёрдым уже шагом навстречу остопиздевшей работе и к таким же не менее остопиздевшим милым лицам коллег.

(no subject)

Когда человеку-начальнику совершенно нечем заняться, то он созывает СРОЧНОЕ СОВЕЩАНИЕ, на которое должны обязательно явиться остальные люди-работники и начинает говорить им всякую Хуйню. И чем больше у человека накопилось работы, тем больше и дольше этой самой Хуйни говорит начальник. И под воздействием всего этого вдруг выясняется, что одни люди-работники совсем нихера ничем не занимаются, а другие работают больше всех и что они все молодцы. А те, первые - козлы и сволочи и гнать их надо ссаными тряпками с этой работы немедленно и зарплату их поделить между всеми поровну, а начальнику, конечно, немного побольше. А первые в свою очередь начинают бурно выражать свои прекрасные чувства ко вторым, и так раз десять или пятьдесят по кругу, пока все не охрипнут вконец или у кого то припадок не случится.
А человек-начальник слушает всё это и радуется, что такой вот он молодец, что собрал всех вместе для решения пока ещё не пойми чего, но это не пойми чего всё равно нужно решить и как можно скорее. И нагрузит всех в итоге ещё больше всяким непонятным, в дополнение к тому, что они ещё с прошлого раза разгрести не могут.
А люди потом расходятся по своим рабочим местам полностью охреневшие и уже забыли, что до этого делали, а тут ещё привалило, и всё это нужно срочно и уже вчера. Но спорить всё равно никто не будет, даже если ты и прав. Потому что только начальник умеет говорить правильную Хуйню, остальные же либо говорят неправильную, либо совсем ничего не умеют говорить, только сидят по своим кабинетам, пузыри изо рта пускают да мечтают, чтобы их начальник сдох побыстрее от диареи какой-нибудь или козинаками подавился. Но этого почти не бывает. Живучие они, сволочи, на то и начальники.
Хуже всего этого бывает только всякие публичные поздравления. Это же как, блять, надо человека ненавидеть, чтоб ему при всех сказать, как его здесь любят и ценят? Это уже совсем полный пиздец, я считаю.

(no subject)

Приснилось на днях. Будто прилетели на Землю инопланетяне и лучом каким-то чудодейственным людям бошки просветили. И стали люди мыслить по-другому.

Приходит, например, начальник на работу, задерживается, как и положено на 5 минут, а его работники уже встречают недовольные. Мол какого хрена тебя ждать приходится? Мы тут работать уже во всю хотим, на целый час раньше пришли. Начальник начинает оправдываться, мол да вы что? Как можно? Вы небось чай с утра ещё не попили, покурить не сходили, сплетнями не обменялись. Как я могу вот так сразу вас работой загрузить? Может как всегда, ближе к обеду?

Работники, понятное дело, ещё больше сердятся. Ты нам мозги не пудри, мы чай только вчера вечером дома пили, а курить ещё в третьем классе бросили. Это ж какой нормальный человек будет на работе на перекур ходить?

И если их начальник сразу работой не загрузит до конца дня, а лучше ещё и сверхурочно, так они его поймают и бить начинают. Что под руку попадётся, тем и лупят. И гоняют по всему зданию или заводу. И прячется от них начальник, где только может. То по углам по тёмным шкерится, а то в шкаф или под лестницу заползёт и сидит тихо, как мышь. Не может он так с людьми поступать, человек же он, в конце концов. И у него дети дома есть, и всё он понимает. Но его и там найдут, вытащат и опять гоняют. И не дай Бог кого-нибудь премии не лишит в этот день, или выговор не объявит.

Вот начальство и изворачивается как может. То план по показателям увеличит, то в выходной заставит выйти, а то работой непонятной и ненужной завалит, да чтоб с отчётами на сто листов с двух сторон, не меньше. А работники и рады. Сидят в кабинетах головы не поднимая, спины не разгибая, потеют, недоедают, у всех стресс, болячки разные повылезали. Но на больничный никто не идёт, все на ногах болезни стойко переносят. Считается самым шиком на рабочем месте сдохнуть и чтоб семья потом без поддержки осталась.

А начальник, бедолага, вечерами пьёт горькую и плачет от такой несправедливости. Он же как лучше хотел. И чтоб работа с перекурами и с обедом, и чтоб премии в честь праздников всяких разных, и чтоб в пятницу с работы пораньше можно было уйти. Он же в работниках в первую очередь людей видит, а не рабочую скотину. Но попробуй-ка такое вслух скажи. Изобьют до полусмерти, да ещё дверь входную вместе с ручкой дерьмом измажут, чтоб все знали, что здесь самый распоследний человек живёт, которого и человеком то назвать язык не повернётся.

А инопланетяне сидят в своём космическом корабле, щупальцы потирают и булькают от удовольствия, что такой нечеловеческий эксперимент замыслили.

Тут коты за окном закричали, я и проснулся. И пошёл на работу, а там всё как обычно. И орут на тебя, да всё больше без толку, и зарплату недоплачивают, да и вообще ни в грош не ставят. В общем, всё, как всегда. Ну а нам то что? Мы чай с утра попили, покурили, языками почесали и опять за сто дел сразу. Что ж теперь, что работа ненавистная. Кушать то, в конце концов, всем хочется. Не смог в начальники пробиться, будь добр – паши. И нечего тут на руководство пенять. Потому что работу работать любой дурак может, а вот руководить всем этим процессом – только особенный.

(no subject)

А вот ещё про парикмахерскую. Зашёл я как-то к ним выпить, закусить, о делах наших скорбных покалякать подстричься, глядь, а на полу парикмахерской мужик лежит, в потолок печально смотрит и вроде даже как бы собирается немножко умереть. Ясное дело, вокруг все слегка взволнованы, одна парикмахерша в истерике смеётся, руками машет в разные стороны, прям как валдис пельш на угадай мелодии. Я как на её манипуляции с руками посмотрел, так сразу угадал, кого сегодня стричь не будут. Хорошо, что у другой нервы покрепче были, видимо стресс на неё как-то по другому подействовал. Мне на кресло показывает: Садитесь, говорит, только не пугайтесь, у нас тут вот дяденька лежит, надеюсь он вам не помешает? Отчего же, говорю, пускай лежит себе на здоровье, тем более оно у него как-то не очень. Лежит – не бегает. Как он мне помешает?
Оказалось этот дяденька около месяца «пил в вологде запоем». Потом, видимо осознал, что с этим нужно что-то делать и решил сходить в парикмахерскую, где с ним и случился конкретный «чьёрт побьери» в виде эпилептического припадка.
Пока вторая парикмахерша стригла меня почти недрогнувшей рукой, мужик лежал на полу и потихоньку приходил в себя. Вместе с первой парикмахершей. Она уже почти не смеялась, да и внутренний пельш несколько поубавил свой пыл. Видимо стресс перешёл в другую фазу.
Потом мужику совсем хорошо стало. Настолько, что он сел на диван, дождался прихода родственников и ушёл домой. С новой причёской.
Немного действовал на нервы какой-то парень, судя по всему мч первой парикмахерши. Как оказалось он почти что спас мужика. Разжал ему зубы то ли ложкой, то ли ещё чем-то железным. За что первая парикмахерша его громко благодарила. Он ещё громче отвечал, что ерунда, что он действовал почти что машинально. Такое ощущение, что он только и делает, что как минимум два раза на дню разжимает зубы всем, кому «посчастливилось» упасть в обморок на пути его гражданского долга.
Слушая всё это я пару раз пытался вяло возразить, что разжимать зубы ложкой не совсем правильно. Что у людей в таком возрасте и так каждый зуб взят на отдельный статистический учёт, а вы ему тут ещё ложкой промеж них систему рычагов решили продемонстрировать. К тому же осколки от зубов могут в гортань и дыхательные пути попасть, вот тогда к нему точно большой чорный лис на мягких лапах приползёт. И что в таких случаях лучше бедолагу просто на бок перевернуть, и ждать, когда очухается. Если повезёт. А вы можете пока в скорую позвонить (если уж совсем долго не очухивается), кофе попить, покурить, подровнять кому-нибудь чёлку. Что могли – уже всё сделали. А вам потом счёт за сломанные зубы не предъявят. Хотя могут и спасибо сказать. Но тут уже по ситуации.
Однако меня никто не слушал. Что вполне естественно. Кому охота себя героического статуса лишать. Да я и не настаивал. А то ещё тоже ложкой по зубам огребу ненароком. А по ним тоже давно статистика плачет вместе со стоматологами. В конце концов помог же тот мч, не растерялся. Молодец. И зубы целы и клиент доволен. И я тоже доволен. Ведь меня постригли при такой нештатной ситуации почти не дрогнувшей рукой.

(no subject)

В парикмахерскую ходил стричься. Постригли как и всегда: душа просила одного, руки парикмахера делали другое. Странный народ, эти парикмахеры. Вот, например, для чего меня каждый раз спрашивают как сверху стричь: ножницами или машинкой. Потому что всякий раз, когда я говорю, что можно и машинкой, парикмахеры сразу хором начинают кричать: «Что вы, что вы? Зачем вам это? У вас вон какое лицо приличное, а так вы на уголовника юрия деточкина будете похожи. Лучше мы вас сейчас вот ножницами обработаем, модельную стрижку сотворим и можете сразу идти жениться.»
А ещё они спрашивают, где это я стригся последний раз и что это за головоногий рукожоп надо мной так поиздевался? И всякий раз я скромно молчу, что стригся здесь, и возможно даже у вас или вот у вас, девушка. Потому что неизвестно в каком настроении она была тогда. Вдруг её муж с утра завёл, или наоборот не смог завести, а так хотелось, или у неё прям здесь на работе дела начались. А у другой, бывшийалкашсука, алименты не платит, сын совсем от рук отбился, курить уже пробует в третьем классе, а дочь в 16 замуж собралась и судя по всему не по любви. Да мало ли ещё чего, а тут я со своей дурацкой стрижкой припёрся, да ещё и с перхотью небось.
В общем я всегда им говорю, что волосы не зубы, отрастут всё хорошо, вот вам ваши денежки, всем добра, приду ещё. Они после этого сразу радостными становятся, лицами светлеют и даже в спину улыбаются почти по настоящему.
А мне что, мне ж не трудно приятное сказать. Они же старались, несмотря ни на что. А доброе слово оно и собаке приятно, а уж тем более парикмахеру.

(no subject)

Мне этим летом хорошие люди баян подарили, и ещё гармошку маленькую. Я сначала отнекивался. Два раза. Зачем, говорю, мне баян? Куда его ставить то? Я на нём и играть то не умею. А на третий раз согласился. Халява же. Какой нормальный человек от халявы откажется? А я тем более.
Я баян сразу полюбил как только увидел, хотя даже футляр не открывал. Потом всю дорогу продолжал любить, уж очень мне он руку оттянул. Тяжёлый, сволочь, хоть и бесплатный. И гармошку тоже полюбил. Маленькая такая, писклявая. К ней даже чехол специальный прилагался, хороший, мягкий, с ремнём через плечо. Это чтоб её с собой везде носить можно было, на демонстрации там всякие или так просто, в парк какой-нибудь культурный. С гармошкой вообще по улице хорошо ходить. Люди слышат как ты играешь и заранее тебя стороной обходят от греха подальше. Но мне это без надобности, я всё равно на людях играть не умею. Волнуюсь и сразу забываю всё, что и до этого почти не знал, покрываюсь холодным потом, путаю слова местами и начинаю петь голосом актёра вицина из фильма джентльмены удачи.Collapse )

(no subject)

В джинсах уже давно хожу, лет двадцать. В разных, разумеется. Ещё костюм есть двойка. Я его раза три всего надевал или четыре: на госы, на похороны и в первый рабочий день на умной работе. Потом понял, что умней от этого не станешь, а водку на работе можно и в джинсах пить, и забил на весь этот дресс-код дурацкий.
А тут недавно вдруг стал на спортивные штаны заглядываться и толстовку с капюшоном. Вот это совсем из ряда вон, надо уже перестать круга и касту слушать, а то чего доброго на работе в коридоре на корты присяду, буду семки лузгать и шелуху прямо на пол сплёвывать. Не поймут ведь люди. «Фу, - скажут, - а ещё в культурном учреждении работает и лицо приличное. Постыдился бы». Да и перед уборщицами неудобно. Они пол моют, убираются, а я тут с семками и в капюшоне. Проклянут ведь, и поделом…

(no subject)

Давно такой навязчивой рекламы не видел…
- Чего мимо идёте, ничего не берёте?! – горестно воскликнула какая то бабка, торгующая на улице зелёным болгарским перцем и прочей огородной снедью.
Я чуть было заднего ходу не дал, ибо совесть возопила стозевно. Потом вспомнил, что у меня этого добра на огороде как у дурака махорки, а все деньги на карточке и сразу поуспокоился.
Я этот перец всего раз в жизни фаршировал. Вполне съедобно даже получилось. Однако слишком много телодвижений пришлось проделать. А вся та еда, что дольше десяти минут готовится без «долейте кипятка» вызывает у меня чувство тоски и ответственности. К тому же всё это накладывает определённые обязанности, как то, чтоб этой самой приготовленной едой кого то угостить, даже если он не хочет, и выслушать от него, как всё круто получилось, даже если эта гадость в рот не лезет.
Совсем один обленился, скоро постель раз в месяц менять начну.

(no subject)

Неожиданно михаила круга опять стал слушать. То одна песня в голове крутится, то другая. Про купола про эти золотые, про то, как я-вернусь-дождётся-мама и прочая слёзно-блатная лирика.
Вот думаю, с чего бы это? Осеннее обострение что ли? Ладно иван кучин там, он по себе мужик хороший, или наговицын, например, а тут круг. Я его слушал ещё лет двадцать назад, когда он ещё только на кассетах стал появляться, потом забросил весь этот шансон нахуй, типа поумнел, духовно вырос и всё такое. А тут опять. Старею что ли?
А может в алкоголе всё дело? Льётся он тонкой струйкой по струнам души, то одну зацепит, то другую. Отсюда и развесёлая эта тоска проклятущая, что так свойственна всем тем, кому посчастливилось родиться в стране блатной романтики и колымских лагерей. Это только многие пиздят для виду, что они всякий андеграунд бесовский слушают, да прочую «другую музыку» с непонятным, но высокоинтеллектуальным текстом. А плесни такому вот интеллектуалу грамм двести чего покрепче, да хлеба бородинского с сальцом и шпротами на закусь сунь под нос. И заплачет он слезами чистыми и настоящими, а не так, когда для статуса в поддержку кого то плачут. И будет словно в трансе как заведённый про владимирский централ да про ветер северный винамп на компе мучить, пока не заебёт всех вокруг окончательно.
А вообще всё равно, что слушаешь. Главное, чтоб самому нравилось. Душеньку ведь не обманешь и не наебёшь, ей всегда видней. Это только тело водки просит, а душа – ей песен подавай.